Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

Мир абажуров.

режиссёр и актёр Хабенский о своём герое фильма "Собибор":
"Мне было важно показать момент перелома, превращения из советского человека в человека нормального. В чем отличие? У советского общественное стоит превыше личного. Но, пройдя через ужасы и боль, офицер обращает внимание на женщину, которая его любит. И вот в пиковой сцене - во время вечеринки в лагере, где над заключенными издевались, где их убивали, - Печерский превращается в человека нормального. Это такая страшная ночь рождения нового мира. Когда уже приперло и отступать некуда. И когда он признается в любви женщине, что несвойственно советскому человеку в погонах, у него за спиной появляются крылья. И это дает какую-то легкость в тяжелом решении о побеге..."
Больной мозг ОтмиралЪя так ничего и не понял, и понять не в состоянии в принципе.

p.s. Кстати, история о неземной любви в концлагере, Печерского и его "дамы сердца", достаточно интересна и неоднозначна, как говорится. Если не сказать - мутноватая. По версии Печерского и нескольких уцелевших боевых товарищей, ему подобрали девушку для встреч для маскировки и связи с подпольщиками других бараков/отрядов. Девушка Люка, по их разноречивой версии, была голландкой, в лагерь попала со своей матерью. Ну и обладала относительной свободой передвижения и мотивированностью встреч с различными мужчинами лагеря. Так как администрация и персонал лагеря ничего против этих встреч не имели, судя по всему, и вопросов у них не возникало. Что как-бы намекает на функциональные обязанности, исполнявшиеся девушкой в лагере :) Ну так вот... При проверке показаний Печерского при прохождении соответствующей проверки - в конце концов выяснилось, что никакой 18-летней голландки Люки в лагере не было. Никаких следов ни в Голландии, ни в документах немецкого учёта. Под описание же подходила - немецкая еврейка Гертруда Попперт, 29 лет, не из Гамбурга, как она "доверительно" сказала вроде Печерскому, а из Дортмунда. Отец, Антон Шёнбрунн, никакой не "воин-интернационалист, преследуемый нацистами", а немец, член НСДАП, всю войну до смерти в конце 1944го проведший в Дортмунде же, где у него был бизнес. В лагере, что в общем-то добавляет оттенка вкуса в историю, она находилась не с матерью и братьями (как вроде рассказала Печерскому). А - с мужем... Тоже беженцем из Дортмунда в Амстердам после Хрустальной ночи, и его братом (до осени 1943го уже убитом). Муж её, Вальтер Попперт - был бригадиром лесорубов, то есть вроде как начальником бригады Печерского :) И да - Печерский показал, что в побег он её с собой не взял. "Не смог найти.". И в побеге её никто из уцелевших (в том числе три женщины из женского барака) не видел. В немецких документах на пойманных/найденных (с помощью местных поляков, в том числе) и на уничтожение оставшихся в лагере -она тоже отсутствует. А вот муж вроде вечером того же дня (по немецким документам - через две недели после восстания) был таки расстрелян, при ликвидации лагеря.
Попала супружеская пара в Собибор действительно из Амстердама через пересыльный лагерь Вестерорк, как и остальные "голландские" евреи, после ареста в конце апреля 1943го, в мае 1943го. В июне и августе Гертруда и отправила отцу в Дортмунд две открытки, в которых написала, что жива-здорова, типа, и работает в крольчатнике.
В общем, такое впечатление, что непонятную девушку (да, она в крольчатнике работала - по крайне мере, так писала отцу, и так представилась Печерскому) не взяли в побег, неспроста, так сказать, и не случайно. Как и не волей обстоятельств диктовалось равнодушие администрации к деятельности готовивших побег. Есть чуйка, что немецкий "опер" полагал, что "держит руку на пульсе", и "всё под контролем, герр комендант!", выжидая для выявления более полного состава активных участников заговора. Что-то типа того. Но его мыслю ребята таки вычислили. Причём на достаточно раннем этапе (не давая оперу сложить достаточно цельной, удовлетворяющей его, картинки - для перехода к ликвидации заговора). Другим чем-то обьяснить то, что Печерский "не нашёл" перед побегом свою даму сердца - обьяснить у меня не получается.

p.p.s. Про "перестать быть советским офицером": по свидетельству одного из активных участников побега, Хаима Поврозника из Холма, пленного солдата польской армии: - ... Сашка крикнул:
- За Сталина, ура!" :)
Сам Печерский, о самопозиционировании, так сказать: при прорыве он с группой красноармейцев, кто имел оружие, некоторое время вёл перестрелку с охраной, прикрывая бегство других заключённых. "... Кто-то ко мне обратился: — Товарищ командир! Пора отходить. Какой внутренней радостью откликнулись во мне эти слова «товарищ командир», которых я давно уже не слышал."
Ну и в общем его авторитет в лагере, как и первоначальный интерес со стороны подпольного актива - был как к советскому боевому офицеру. Что было как бы визиткой.

p.p.p.s. Самый прикол - это то, что Печерский, для того чтобы бежать, именно был советским офицером. Держался, как советский офицер. Хотя сам он был достаточно далёк на практике от боевого опыта, так сказать. Два года срочки за 7 лет до войны, и призыв с должности инспектора хозчасти института (и руководителя художественной самодеятельности) техником-интендантом в штаб армейского артполка, на должность делопроизводителя. Боевого опыта он в общем, и какой-то особой подготовки - он не имел. Но сумел достаточно уверенно держаться, производить впечатление, и кроме того - дельно распорядиться, когда пришло его время.
Насколько Рутгер Хауэр достаточно органично в фильме начала 90х "Побег из Собибора" ближе к реальному Печерскому - настолько Хабенский ближе к говну в проруби, со своим "виденьем художника".

Кино и немцы. И немножко о плене.

Как речь зашла о невероятных страданиях невинных людей в русском плену - немецких солдат-"сталинградцев" - то вкратце немножку опишу из воспоминаний близкого, побывавшего в немецком плену в тех же краях, только чуток раньше - осенью 42го. Когда невинным людям немецкой 6-й армии в голову не приходило нехорошее будущее.
Попал он в плен в конце сентября, на берегу Волги, после боёв у элеватора, вместе с другими уцелевшими бойцами из 10й, 92й стрелковых бригад, 35 гвсд, и ещё кучи разных подразделений. 23-24 сентября.
Сильно контузило при ночной попытке прорыва. Очнулся уже днём. Немец тычком штыком в руку и сапогом в бочину привёл в чувство. Кое-как поднялся. Тот почитал документы из карамана гимнастёрки - красноармейскую книжку и комсомольский билет - и уе...ал с левой в челюсть. 19-летний паренёк тогда, примерно 165 см росточка и сухонький легковес, слетел с копыт влёгкую, и немец продолжил воспитательную работу ногами. Месил долго и с чувством, пока ему камрады не подвели ещё двоих бойцов, и не поручили отвести на сборняк. Немцы бродили по полю, проверяли кто жив, раненых пристреливали без базара. На сборняке отфильтровали сначала политработников. Их вычисляли Как речь зашла о невероятных страданиях невинных людей в русском плену - немецких солдат-"сталинградцев", в частности - то вкратце немножко опишу из воспоминаний одного из близких, побывавшего в немецком плену в тех же краях, только чуток раньше - осенью 42го. Когда невинным людям немецкой 6-й армии в голову не приходило нехорошее будущее.
Попал он в плен в конце сентября, на берегу Волги, после боёв у элеватора, вместе с другими уцелевшими бойцами из 10й, 92й стрелковых бригад, 35 гвсд, и ещё кучи разных подразделений. 23-24 сентября.
Сильно контузило при ночной попытке прорыва. Очнулся уже днём. Немец тычком штыком в руку, и сапогом в бочину привёл в чувство. Кое-как поднялся. Тот почитал документы из кармана гимнастёрки, красноармейскую книжку и комсомольский билет и уе...ал с левой в челюсть. Дед, примерно 170 росточка и сухонький паренёк 19-ти лет, слетел с копыт влёгкую, и немец продолжил воспитательную работу ногами. Месил долго и с чувством, пока ему камрады не подвели ещё двоих бойцов, и не поручили отвести на сборняк. Немцы бродили по полю, проверяли кто жив, раненых пристреливали без базара. На сборняке отфильтровали сначала политработников. Их вычисляли достаточно легко, по внешнему виду и следам звёзд на рукаве гимнастёрки или при отсутствии гимнастёрки. Их куда-то увели. Всего немцы больше тысячи пленных насобирали на поляну у школы. Потом предложили выйти юде. Естественно, никто не отозвался. Простые невинные немецкие солдаты прошвырнулись между рядами и вытащили человек 10, нюхом, "как овчарки вора", по словам деда. Некоторые были ну совсем непохожи на евреев, вроде, или похожи вполне на грузин - но... юде! Их так же просто и расстреляли в сторонке сразу, у строя на глазах. Дальше выходить предложили командирам. Их тоже вычисляли по форме, сапогам, и виду, по причёске и тыды. любопытно, в тот день - никого не выдали сами. Ни комиссаров, ни "жыдов", ни командиров или коммунистов... Командиров увели куда-то в здание школы за группой политработников. Остальных построив в колонны по сто, погнали по дороге на юго-запад. На сто человек 4 конвоира-стрелка с винтовками, обычные невинные вермахтовцы, и 2 с собаками с автоматами. Навстречу ползла колонна танков. Пленных приняли на обочину, и остановили. Танки тоже встали, из переднего и пары за ним - вылезли несколько танкистов. с подручным материалом, от ключей гаечных до ломика или лопатки - и просто стали метелить по головам пленных. добавляя ногами по упавшим. Сильно нервничая и чё-то про швайн и шталинград недобро шумя. Несколько человек так и не встали, в итоге, с той обочины. Кого-то дострелили конвоиры, по-доброму. Танкисты выпустили пар, подобрели, и продолжили нести цивилизацию и добро, согласно карте и имеющемуся приказу на марш. А пленных погнали дальше. Кстати. видно было, как немцы несколько удивлены были у школы, что на призыв выдать коммунистов - солдатская масса не отозвалась.
На одном из привалов колонны посадили у дороги, а метрах в ста был пруд. Просились поближе чтоб сесть, воды попить - немцы отказали. Сами улыбались и шутили, демонстративно из фляг проливая воду на землю. когда пили сами. Весёлые ребята, и шутки у них прикольные. Несколько пленных таки побежали к пруду - их перестреляли, спустили собак. Каждого контрольно дострелили, не поленившись подойти, собаководы. По прибытии к вечеру в какое-то село, всех загнали в здоровенный сарай. Нашли немцы бочку из-под бензина, дали молоток и зубило, чтоб выбили дно. Потом приехала телега с местным жителем, с бочкой воды. Воду перелили в бочку из-под бензина. Вкус - энергетический. так сказать. Как и запах... Жадно пили. У дороги при вьезде в село лежала дохлая конячка. подвздувшаяся уже. Тот же мужик на телеге, с несколькими пленными, под надзором конвоя, привезли коняку к сараю. Старший конвоя очень весело распорядился "Кушай-кушай. руссиш швайн!". Нескольким бойцам немцы позволили сохранить раскладные ножики. Этими ножиками коняку освежевали и порезали на куски полосами. Конвоир и несколько пленных сходили за соломой, принесли несколько охапок, и немцы предложили варить эту конину в той же бочке. Солома конечно сгорела быстрее, чем закипела вода. Итогом конину ели разрезая на кусочки. каждый свою порцию, и стараясь жевать. Резина на вкус. К утру конечно многие обосрались... Срали там же в сарае, закрытом на ночь.
Утром погнали дальше. Пригнали в Тингуту. В поле у посёлка, на небольшой высотке над озерцом с камышом. Выдали несколько лопат. ломов, пилу. Привезли жерди, доски, стволы каких-то деревьев. Стали пленные себе лагерь строить. ямы копать, столбы ставить. проволоку по кольям натягивать. Как натянули квадрат - всех в квадрат и загнали. Первая ночь. Конец сентября - не лето. в волжской степи, да ещё на бугре. Жались на голой земле друг к другу. кучами вповалку. Утром покормили. Привезли бочку с баландой из резаной нечищеной кормовой свеклы. Кто без котелка или кружки - ай, нипавезло... Ну ничего - предлагали в пилотку налить. Тоже смешно было очень невинному солдату на раздаче. Он простой повар был. А то и вообще просто помощник повара. Ну как на такого всерьёз злиться...
Днём копали ямы для ночных мертвецов. Яму сразу копали большую, и не закапывали. пока мертвецов в ней не набиралось "достаточно", по мнению конвоиров. На подводах крестьянских привезли жерди, для постройки шалашей. Один шалаш на 100 человек, отобрали бывших строителей и инженеров-строителей. Те рулили процессом. Вырывалась яма с двумя выходами, накрывалась жердями как шалаш. Посредине полуметровая канава-проход, влево-вправо по полтора-два метра. чтоб лежать по 50 человек в ряд. головами к стенке шалаша. 10 шалашей. Для крыш, дверей, и подстилок - за травой и тростником - стали водить группами на заготовку к озерцу с речушкой под бугром. Конвой был усиленный, только с автоматами. четверо плюс две овчарки. Хочешь\. руками рви траву. хочешь - перочинным ножом... Кто плохо рвал - мог получить и сапогом, с носка, и прикладом по спине. Ну и стимулировали ленивых иванов ором: Давай! Давай! Шнель! Шнель! Траву добытую приказали вязать в снопы брючными ремнями. Очередная хохмочка - когда у иванов смешно так штаны не держатся-то, без ремня - а руки заняты! Умора, животики надорвать можно. Очень смешно было парням. Да.
Один пленный таки смог уйти. Шинель бросил свою, трава высокая - он отполз и сполз по бережку в речку. И - растворился. Хватились его только при пересчёте. Тут немцы обиделись. Стали про расстрел нехорошее говорить. зло так. с сердцем. Собака шинель нюхала, привела к речке - дальше нихт. Прошлись по берегам с двух сторон с собаками - нихт. Никто немцам не сказал, что двое пленных то поссать-посрать чуть в сторонку отпрашивались несколько раз, немецкий взгляд отводя за собой, то о чём-то пытались говорить с конвоиром, типа как ловчее траву-то эту косить - не подскажете, Мой Господин...
Вернувшись в лагерь. небольшими группками тёрли про побег... Дед скорешился с Вячеславом из Ярославля. несколько вариантов придумали, за несколько ночей. Но так и не подфартило.
Как-то вызвали с утра художников. Вышли двое. Им дали кисточки, по банке половой краски - и на шинелях и гимнастёрках рисовать номера. Каждая сотня строилась. По очереди подходили из строя. Немец записывал ФИО, год рождения. И рисовался номер. У деда был 946-какой-то. на шинели. Он в 10м шалаше обитал. Теперь стали строить, считать, передавать на работы конвоиры - только по номерам. Номера были во всю грудь и во ширину спины. хорошо видны издали. 5-6 человек помирало каждый день в шалашах. Мертвеца приносили к воротам загона. Охранник сверял номер на шинели и гимнастёрке. Культура же и Порядок. После чего отмечал в списке, и мертвеца уносили в противоположный угол лагеря, в яму. Рядом был ров с длинной жердью перед ним, чтоб рукой держаться, когда сядешь срать. Ветер дул частенько именно со стороны открытой мертвецкой ямы и выгребного рва...
В конце концов в одно прекрасное утро лагерь подняли по сотням, привели на станцию и погрузили в вагоны товарные. В каждый вагон дали полубочку для срать-ссать. С собой выдали каждому в дорогу сухари. Вагоны закрыли снаружи на засовы. в последний вагон сел конвой. И поехали. Медленно. Много остановок. много стояния. В стенах щели. дует. Октябрь на дворе. Потихоньку по кусочку грызли кусочками сухари. Никто не знал. на сколько суток выдано, и старались растянуть. Вот один не выдерживает. начинает тихонько грызть свой - а остальные вслух мечтают, что придёт день. не может не прийти, когда можно будет есть вволю хлеба. И не только чёрный. Но и белый, даже. О. это фантастиш!
Трое суток в запертых вагонах. На просьбы к охране слить говно из бочки, воды бы набрать-попить тоже бы - нет. И достаточно злобно.
Что деду обратило внимание - на всех остановках-стоянках у охраны один разговор. Сталинград, сталинград. сталинград. И всё как-то невесело им при этом. Даже тоскливо и неприятно. "Видно он. Сталинград, им в печёнках сидит!" И приятным бонусом оказалось, в круизе железнодорожном - немецкие кладбища вдоль путей, на каждом полустанке и просто в поле. Леса прямо крестов... Пленные негуманно даже повеселели - никуя себе мы их настрогали, значит! Выходит - не только они нас! Вона чо они невесёлые такие! - типа того, разговоры зашевелились, несколько согревая... Варвары, что с них взять. Без капли сострадания к мучениям гостей.
Наконец куда-то доехали, вагон открыли. Приказали вынести бочку-парашу, убрать в вагоне. Построили. Повели. Оказалось. некоторые вагоны поотцепляли-поразгружали где-то до того. А дед сотоварищи попали в район аэродрома у Минвод. Гора Змейка. Человек 100 привели на аэродром, остальных куда-то дальше. На аэродроме рыли пленные ямы под позиции малокалиберных зенитных автоматов, под блиндажи. Инструмент немцы выдали хороший - тут претензий к ним нет. Прям на зависть - и лопаты, и кайла, и ломики трубчатые. Отличного качества. Прям работай и радуйся. Но что-то мешало радоваться. Может быть, физическое истощение. Кормить пленных - немножечко было более невесело с этим, у немцев. Ковыряясь в ямах этих в любую погоду - хоть дождь, хоть снег - можно было вполне заработать от часового прикладом винтовки по голове. Ну оно понятно - ленивые эти иваны. лишь бы не работать на благо цивилизованного мира. это всем известно. Какие могут быть претензии. Снова Давай-давай, шнель-шнель - а то и Бистро-бистро! даже. Во как снисхождение-то бывало к скотине непонятливой для человеческого языка...
Потом пришёл офицер как-то, построил - и довёл новую вводную по программе повышения производительности труда: если кто хорошо работать - будет хорошо кушать сегодня потом! Не обманул. Вместо обычной овощной баланды выдана была вареная картошка и грамм по 200 чёрного хлеба. И даже эрзац-кофе. Правда, в борьбе за здоровый образ жизни - без сахара. Зато горький и горячий. Как сказал дед - Хоть руки отогрели, и в желудке тепло пошло.
Держали немцы аэродромную свою команду пленных в домиках персонала, по 6 человек. В коридоре на полу на ночь. Как-то вышел солдат, сказал Рус, кушайт, - и дал каждому по сухарю ржаному, и из своего котелка в кружки эрзац-кофе. Насладкая бурда, честно говоря... "Но мы были и этому очень рады, так как раньше на ночь вообще ничего не давали". (привет, кстати, старшине Андрею Ющенко, папе Виктора-презюка, в это же время примерно - "в плену пристрастившемуся к хорошему кофе").
Как позже дед сотоварищи узнали, две группы пленных наотрез отказались работать из-за крайнего истощения. Угроза расстрела не помогала. После этого и появился какой-то начальник и дал указание улучшить питание. чтобы выкопать наконец эти очень ему нужные ямы под капониры.
Пришёл декабрь, налёты советской авиации стали всё чаще, иногда удавалось им поджечь немецкий самолёт. У пленных наступал Праздник. Во время налёта немцы прятались по убежищам и щелям, а пленные наоборот вылезали из ям и стояли, любовались бомбёжкой. Страха почему-то не было, а было очень приятно. Странные эти русские, да...
Аэродром был огорожен проволочным заграждением, с постами часовых в окопах. Выйти ночью посрать - пожалуйста. От домика до санузла дорожка, за санузлом проволока, с часовым с собакой, бегающей вдоль ограждения на своём участке.
Один из капониров рыла команда деда у стоянки Ю-52. Однажды он остался незачехлённый. Дед тихонько полез поглядеть. чо там у цивилизованных-то народов на приборной доске. Ибо до войны ходил в аэроклуб, и даже раза три вывозился уже с инструктором на У-2... Даже немножко рулил. В общем, "буйные мысли роились в моей голове", как сказал дед. На его счастье- его шуганул часовой, от дальнейшего изучения немецкого языка по надписям... Дед в ответ насрал под крылом, часовой вполне удовлетворился ответом. Хотя и поморщился снисходительно. Ну да, жЫвотные... Ограничился тем, что врезал пару раз прикладом по спине и по голове потом. Чтоб не забывал, свинья такая, о приличиях. Отвёл за кучу металлоломных обломков самолётных - вот тут сри, понял? Понял-понял - согласился дед. И втихую стал, отпрашиваясь за кучу по дельцу - изучать таблички с разбитых кабин, и рычажки всякие-кнопоцьки... Товарищи по несчастью стали интересоваться невзначай. не лётчик ли он, ну вдруг... И дед решил завязать со своей безумной идеей. Обяснив, что просто никогда ваще самолётов не видел - ибо шахтёр, только свой забой и видел. Ну и лошадь с коногоном. Ещё раз дед стал тихо смазывать лыжи. когда его на пару с другим бедолагой немец взял, к подводе. дерево в лесу пилить-рубить-привозить. Но сука такая. взял с собой и собаку. Сам немец очень умно держался дальше чем доходяга метнул бы топорюку, с винтом наизготовку. А собака весьма дружелюбно бегала вокруг. Но не ближе пары-тройки метров.
В первых числах января немцы решили, что уже пора, путёвка на курорте подходит к концу - и собрав пленных, погнали к Ростову. По параллельным каким-то просёлкам, вдоль шоссе. Там встретились по дороге добрые представители горных народов Чечни. Конные патрули, в бурках и папахах. Проезжая. скалились и норовили в шутку попасть плетью. Чисто пошутить, ясно дело. "Что вояки, отвоевались?" - ну а действительно, ну как настоящему мужчине-воину, и не подшутить вот так вот беззлобно, по-доброму, над забавными нелепыми представителями землепашных народов, возомнивших себя тоже воинами, курам на смех.
Гнали колонну весь световой день. Как начинало темнеть, загоняли в конюшни, кошары. Но разрешали перед этим надергать соломы со встреченных скирд. Если такие встречались. Иногда на ночь давали к воде по сухарю. Утром сухарпь и баланда из кормовой свеклы, иногда с примесью муки в ней. Жить, в общем - было можно. Соли вот только не хватало, сильно... Почему-то. Кто с привала не встал -конвой пристреливал практически сразу. Наконец примерно через неделю вышли на шоссе на Ростов - и увидели здоровенную массу немецких войск. текущую в северо-западном направлении. "И только теперь мы стали догадываться, что что-то у немцев [i]случилось[/i]...".
Пленных стали гнать не по дороге,ибо занята войсками. а вдоль. Идти стало тяжелее. Дед чувствовал себя всё хуже, видно застудился. Ну и на очередном привале - не встал. Голова закружилась. "Колонна построилась, а я сидел, понимая, что пришёл мой черёд помирать. Конвоир навёл винтовку и считал Айн, цвай... По дороге ехала легковая машина. Вдруг она остановилась, из неё вышел молодой офицер. Отстранил солдата. вытащил пистолет и стал сам мне целиться в голову. Он что-то говорил по-немецки, но я понимал из его слов только шиссен и счёт. Айн. цвай. драй... грянул выстрел. Немцы громко смеялись. А я был удивлён. что ещё жив. И слышу, как они смеются. В машине сидящий старый старший офицер - за машиной ехала машина с охраной - что-то сказал конвоирам. Те быстро выбрали двоих пленных понадёжнее, более-менее, они подошли и подняли меня под руки...". Отделался дед тогда простреленной пилоткой. В январе, кстати - в пилотке... До села Успенского, восточнее Армавира, было несколько километров. Когда подходили к селу, над дорогой прошла пара советских самолётов, стреляя из пулемётов по обочинам. Немцы скомандовали ложись и сами залегли. Пленные остались стоять, в основном. В том числе и потому, что встать снова - тяжело для многих было. Над селом самолёты обстреляли немецкие пулемёты... Всё стихло. и конвоиры вскочили и погнали, подгоняя, колонну. скорей в село. В самом селе - над дорогой снова появились те самолёты (или другие) - немцы снова скомандовали ложись и попадали, разбегаясь, в канавы. Тут то дед и ещё четверо бойцов и сделали дикий рывок в соседний двор, в открытую пожилым хозяином калитку... Но это уже другая история (с)

p.s. Через полгода, в августе-сентябре 43го, во время наступления на Донбассе, продвигаясь при взятии села мимо одной из хат, 20-летний комсорг батальона в окно увидел сидящих на кровати двух ошалелых, только проснувшихся немцев, в нижнем белье. Обмундировка и оружие лежали на столе посреди хаты. Он выбил стекло и сунул ствол автомата. скомандовал - хенде хох! Немцы подняли руки. Дальше несколько минут боя текла сцена: ну и что дальше-то... Пока я дойду до крыльца за углом хаты - немцы схватят оружие. Скажу им выходить - они дойдут до выхода и убегут, за углом-то... 20-летний парень, полгода назад бежавший из гостеприимного плена невинных людей, стоял и думал, что делать. В общем, итогом он дождался, пока мимо пробегал какой-то боец, тот взял немцев на мушку своей винтовки, комсорг зашёл в хату и забрал оружие со стола. Немцы знаками попросили разрешения одеться. Он подождал. пока оденутся, и приказал бойцу отвести в штаб полка или сдать начштаба батальона. Пообещал проверить - довёл ли. Бойцу бой товарищей оставлять явно не хотелось, но авторитет "комсомола"-сталинградца в батальоне был вполне высок, и получив приказ, боец пошёл выполнять. Вот. После боя, ближе к вечеру, в очередной раз у комсорга ныла на сырость пропоротая ровно год назад немецким штыком в плену рука...

Есть ли жизнь ПОСЛЕ

Есть ли жизнь после гражданской войны...
Небольшой перевод в сокращении и пересказе, местами.
"Евгений - единственный ребёнок у матери. Ушёл на войну добровольцем. Боец 81й Новоград-волынской аэромобильной бригады. Пулемётчик в разведроте. Командир разведгруппы. Убит в 20 лет в марте 2015го около Водяного, при эвакуации раненых. Посмертно Орден Богдана Хмельницкого III ст. «За мужество».
Мама:
У меня не было детей в первом браке, 10 лет. Родила Женю поздно. В 35. Он богатырём родился, 5 кг.
Сама воспитывала. Его отец (в гражданском браке были) не помогал. С двух лет Женю в детсад отдала. Он очень самостоятельным был. Я, когда подрос, даже воспитательницам говорила, чтоб его, если задерживаюсь, самого домой отпускали. Сразу во второй класс Женю в школу приняли, по результатам тестирования. Он ведь в детсадике уже все буквы знал, читал.
Никогда не плакал. С детства таким был. Даже упадёт - встанет и не плачет. На все праздники цветы мне даил. Теперь я ему цветы ношу...
С детства танки, оружие любил. Говорил в милицию не пойду, а военным - буду. Артистичным был. Стихи хорошо читал, юморески декламировал. А в церкви, я маленького ещё приучала ходить в храм - плакал всегда. Ты чего? - спрашиваю. - Мне, мама, так хорошо тут...
Учиться не очень хотел. Увлёкся как раз компьютерными приставками. Хитрил, было, ходилк участковой педиатру, жаловался что горло болит. Чтоб она его на три дня от школы освободила.
Денег не хватало, в 13 лет с 4 утра вставал - разгружал товар на базаре. Приходил, хвастался - Мама, я 150 гривен заработал. Ничего никогда не просил купить. В колледж поступил - чтоб к 1 сентября мобилку себе купить, ящики разгружал.
Даже не била его никогда. Не было за что. Не скажу, что послушным очень был. Но назло никогда не делал. Иногда приврёт - я говорила "Скажешь правду, никогда бить за неё не буду". Сверстники удивлялись, что он может мне свободно рассказать, что пробовал курить или выпить.
До армии был в местной дружине самообороны. Занимался спортом. Плавать любил, с маяи до конца октября. Закалённый был, никогда не болел. Крепкий такой был - рост 195, вес 100...
Военным хотел стать. Откуда это? Не знаю, у меня в роду военных не было. В армию очень хотел. А его не призывали. И он подписал контракт. Поставил меня перед фактом "Мама, я все документы уже сдал. Еду в Новоград-Волынский. Что едет в зону АТО - не сказал. Только оттуда уже позвонил, сознался "я в Дружковке".
У него и девчат толком не было. Встречался с какими-то, дружил... Девчата любили его, очень внимательный, галантный был. Цветы им дарил.
Мечтал поехать в израильскую армию. "Там такие парни, как я, нужны." Военную карьеру мечтал сделать. И уже в 20 лет был старшим группы, 30летними командовал.
Звонил из зоны АТО не очень часто. Раз в неделю. Я нервничала, когда долго не было звонка. Он старался предупреждать, когда не будет звонить долго. Знаю, что был в Донецком аэропорту. Про это не рассказывал совсем. Жалел меня, не хотел волновать. "Всё нормально у меня, мама."
Я просила, на колени падала, когда из АТО приезжал - Женя, не иди туда больше! Ногти сломала - так держала... Соседка говорила - Что ж ты так тяжко отпускаешь его? А я места себе не находила.
Второй год прошёл, как он погиб. А он и не снится мне. Только изредка - маленьким школьничком придёт во сне, всё смеётся... А взрослым - нет... "

Новости психиатрии. Новые таблетки для руководства ВСУ значительно сильнее возбуждают воображение.

"Директор департамента социальной и гуманитарной политики Минобороны Украины Валентин Федичев в эфире телеканала «Эспрессо» заявил, что украинская армия значительно превосходит российскую.
По его словам, если между Россией и Украиной разгорится полномасштабная война, то Россия потеряет 20 тысяч солдат, а Украина – 5-6 тысяч. Федичев отметил, что цифры эти взяты не с потолка, а соответствуют реальным расчетам. И если противник в лице России решит использовать авиацию и пустит в наступление группировку войск, стоящую на границах с Украиной, то потери будут неизбежны. «Выйдя к Днепру, противник фактически уничтожит свои сухопутные войска», - уверен директор департамента социальной и гуманитарной политики Минобороны Украины."
Похоже, справка из стационарного психиатрического учреждения о прохождении длительного лечения в прошлом, является обязательным документом для принятия на руководящие должности в Минобороны Украины, после падения Кровавогорежыма.
p.s. Год назад сей "расчётливый" вояк исполнял обязанности замначштаба АТО и лично "сумел" выскочить переможно из Дебальцево. Таки "Их сильно напугали эти негодяи"(с). Явные последствия глубокой психологической травмы.

Донбасс и колени, или Как слепить из говна пули.

Донбасс никто не не ставил на колени, и не поставит - он так и будет валяться на пузе, пьяненький, в луже, поднимая иногда голову, матюкаясь в адрес врагов и пытаясь бессильно помахать кулаком. Тупое аморфное импотентное стадо. Впрочем, как и вся Украина. Донбасс действительно Украина, плоть от плоти. Увы. И президент-пид...рас был действительно Нашим президентом. Народным. Мы были достойны его и его региоаналов, и балабола Симоненко, и теперь вполне достойны кретинов, шизофреников и мразей, рулящих ныне по стране. И будем достойны парашенко и каломойского как панов над нами - ещё много-много лет. Иллюзии ушли. Народ болтунов, предателей, трусов и соглашателей, способных лишь на махновщину и гайдамаччину, которых удавалось кое-как поднимать на организованную борьбу лишь соседям-господам - полякам, татарам, русским, немцам... Боже-боже, за що це нам... Билый да Гиркин - вот и все лыцари этой руины... :(
В принципе, не удивляет и ожидаемо, что за право читать и писать по-русски, чтить могилы предков, погибших в Великой Отечественной войне - желающих убивать или быть убитым окажется мало, от слова "совсем". Потому как логика рассудительного хозяина-добродия или доброй господыни-хозяйки предельно проста и мудра - чего за них воевать, никто ж нам не запрещал и запретить не сможет... Типа того... То, что будет завтра - для премудрых хуторян всегда было тайной, покрытой ряской. Думать на два шага вперёд - не наш метод. Потому - кризис Идеи, её полное отсутствие сейчас, такое впечатление - отсутствие внятных для масс зажигательных лозунгов о решениях вопросов по-настоящему выстраданных, наболевших в сердцах, действительно ожидаемых и жизненно действительно важных - итогом пока являет нынешнее побулькивающее бульками болото общественной жизни. На Западе хоть развлекаются "конкретикой" - свержением ненавистного директора рынка, например, или там водокачки... Проявляя силу народовластия :) На Востоке... на Востоке мычат и не телятся. С недоумённым любопытством глядя на меняющиеся картинки в телевизорах и жизни. "Ну и шо оце таке воно буде... ммуууу..." :(
P.S. три десятка автоматчиков-задротов - "батальон Донбасс" - нагоняют ужас на три донецких района уже две недели в часе езды от доблестных донецких "ополченцев". Полсотни автоматчиков "батальонов" Днепр и Азов - держат за яйца, до дрожи в пояснице, полумиллионный Мариуполь. Войдёт нацгвардия в город перед выборами - и снова кучки не вполне трезвых возмущённых придурков будут грозно блеять стирающее врага в порошок зубодробительное "Фашысты! Позор! Убирайтесь!" и посылать Лучи Ненависстти. Враг трепещет. Предвкушая.

p.p.s. Йоппаный Стыд...toolmansnextvictim

О оценках командирских решений

Когда-то на одной маленькой никому не интересной войнушке случился довольно значимый для тех масштабов эпизод: одна сторона в ходе боёв за важный пункт, свой решающий матч в том турнире проиграла. Потеряв к ебеням в бою единственный козырь - танк. И другая сторона потом довольно эпически разрисовала, в лице некоторых участников, как "местных", так и "гостей", как успех был достигнут благодаря таким-то и таким-то мудрым действиям, и умелому планированию, и стратегическому предвидению и т.п. Как они здорово спланировали и гениально осуществили. Ну, что-то типа того. Да...
А со стороны "проигравших" это виделось примерно так: на перекрёстке посёлка, за мостиком, остался лежать раненый боец. Вытащить его не могли. Очень плотный огонь был. И "кошкой" даже пытались зацепить. Нифига. А своих люди те старались не бросать, ни живых, ни мёртвых.
"- Вова, ну что-то надо делать! Блин! Марат до ночи не дотянет там!
- Что предлагаешь?
- Ну давай железяка наша выскочит, боком прикроет, ребята его утащат!
- Блин, у них же там точно РПГ... и Малютка вроде... Хотя до кустов далековато... Мож, попробуем, да... Давай, заводи. Ребята пусть по зелёнке лупят, может и успеем..."
Не успели. В зелёнке была не Малютка, а Фагот. И в кои-то веки оказался рядом, как назло, человек, умевший им пользоваться. По закону подлости получили единственным попаданием в движок. Раненого с перекрёстка вытащили. Экипаж танка - кто-то погиб, кто-то ушёл. Про "железяку" никто и не страдал особо. Через месяц злосчастное село взяли обратно, да и войну выиграли.
Сказать, что командиры тогда ошиблись, принимая то неудачное решение, или кто-то "не добежал", "не доделал как надо" - вроде рука не подымается. Но и бой-то проиграли же... Сказать, что та сторона гениально провела ту концовку боя - тоже как-то не то, получается...

Сталинградец

«...как-то слышу - мои, теперь, солдаты хвалятся другому взводу: "А у нас помкомвзвод - сталинградец, контуженный в плен попал и бежал от фашистов под Армавиром!". Вообще, и в нашей Красной Армии, и в немецкой армии - слово Сталинград вызывало трепет. Это был предел мужества и стойкости человека. Сталинградец - это не человек, а кусок стали без сердца и души. Вот почему солдаты проявляли такой интерес к моему рассказу о боях в Сталинграде» (Гвардии старший сержант Сергей Ашихмин).